Слабый мужчина

Утро нежное, любимые!

In my fucking honorable opinion, cлабый мужчина – это очень позорно. А, если он, к тому же, имеет непонятное томленье в яйцах по отношению к таким «пупсикам» как я, еще и опасно. Ибо могу захотеть измерять кокаин в доме сахарницами, а это крайне вредно для здоровья.

А слабый что? Поедет и купит. Ведь этого хочет любимая женщина. А если любимая женщина рассердится, то может и уйти. А как же я? Я же лублу ее...

У меня было несколько мужчин, ставших в отношениях со мной безвольными как гондоны со спермой. Именно ставших. То есть изначально они такими не были, а были вполне себе перцы. Как правило, они-то и «ерепенились» вначале: играли «бицухой», хуями и кошельками. Ну, прям мачо-мачо. А через несколько месяцев – бамс! - и резинка с белой жижей на полу. Фу!

И вот вопрос: безвольным гондоном мужчину делает любовь или гены?

Если интересно, история моих сношений со слабым мужчиной .

Гедас. Лондонский литовец. Диджей - аферист. Бритый налысо блондин. Рисковый и сдержанный. Красивый как Бэкхем и воспитанный как наследный лорд. Породистый, одним словом.
Я с ним познакомилась в Лондоне, еще до Мишки. Он был старше меня на три года. Сначала мы вместе тусили. Проводили ночи в клубах, целовались на задних сиденьях непонятно чьих авто, просыпались голодными у кого-то дома, предпочитая завтраку тысячи поцелуев, часами принимали душ вместе, потому что больше негде было потрахаться. Короче, было прикольно.
Через некоторое время мы начали жить вместе. А вот это оказалось уже не так весело. Гедас резко разлюбил клубы и увлекся домашним барбекю с пивасиком в компании таких же полусемейных пар, как мы. Я продолжала клубиться со Светкой по субботам, но каждая моя вылазка сопровождалась его трехдневным нордическим молчанием. Потом появился Мишка. Ну, а дальше вы знаете.
P.S. И все-таки какое-то время мы с Гедасом были безумно влюблены друг в друга.
- Скажи: как ты умудряешься не менять номер телефона годами? – я лежала на диване с закрытыми глазами и была чертовски рада услышать его «Алло» с самым сексуальным в мире прибалтийским акцентом.
Молчание. Пять секунд. Десять. После чего осторожное:
- Ты?
- Я.
- Зачем?
- Вернулась.
- У меня жена.
- Гедас, я в Лондоне. Врубаешься?
- Дочке три года.
- Тогда положи трубку, и я никогда тебе больше не позвоню.
- Ты где?
- Дома.
- И где теперь твой дом?
- В Фулхеме.
- Знаешь, сколько лет прошло?
- Сколько?
- Больше пяти. Ты меня бросила 30 марта 2004 года.
- Потому что 25 я влюбилась.
- Я догадался. И что теперь? Вы расстались?
- Он погиб.
- Извини.
- Ты не меняешься: все так же часто извиняешься ни за что.
- Сколько ты здесь пробудешь?
- Долго.
- Давай встретимся завтра.
- Сегодня.
- Я не свободен.
- Сейчас скину адрес. Жду тебя в восемь.
И я отключилась.
Чего я хотела от него через столько лет? Любви? Секса? Пожалуй. Но не только. Я хотела делать с ним дело.
- Ты, как всегда, пунктуален.
Гедас стоял на пороге с букетом мелких роз, завернутых в простую коричневую бумагу. Все, как я люблю. В глазах - смятение.
- Я надеялся, что ты подурнела. Стала толстой, как кит. Или еще что.
- Не стала. И что?
- Я попал.
- У тебя есть время свалить, пока я буду делать «Дайкири».
- Уже нет. От тебя нужно было уходить быстрым шагом через пять минут после знакомства, не обмениваясь телефонами и не оглядываясь.
- Что за пошлость!
После коктейлей был ужин из китайского ресторана, потом – секс (не Забелин, конечно, но вполне себе), а потом Гедас позвонил жене и сказал:
- Я сегодня не приеду домой. Нет, завтра тоже не приеду. Случилось. Мальвина вернулась. Заеду на днях за вещами. Поцелуй Ассолю.
Он отбросил телефон (вообще-то не в его правилах – бросаться чем-либо), как-то дико посмотрел на меня (слово «дикость» - это тоже не о нем) и сказал:
- В такие моменты я тебя особенно ненавижу. И особенно хочу.
- Гедас, не играй роль Хосе. Тебе не идут испанские страсти. Давай лучше вместе делать бизнес.
- Я боюсь с тобой что-либо затевать.
- Резонно. Тогда проваливай.
- Я уже позвонил жене.
- Читай по губам: ты мне нужен не только как партнер в койке, но и как партнер в бизнесе. Либо два в одном, либо – проваливай.
- Что за бизнес?
- Я хочу открыть самую пафосную и крутую дискотеку для русских в Лондоне. Мне нужны твои связи.
- Что значит самую пафосную и крутую? Для олигархов что ли?
- Или для их деток.
Вы, наверное, догадались, что я задумала. Правильно: сын Забелина учится в Лондоне.
- У меня нет доступа в эту тусовку, бэйб. Они пиздец какие закрытые. Но идея хорошая. Поэтому придется зайти издалека.
- Как?
- Сначала организовать дискотеку для русских лэйборов, раскрутить ее по полной, и тогда золотые детки сами к нам подтянутся. Посмотреть, что за тема. А мы им – private tables, private parties, в перспективе – закрытые дискотеки.
- Умничка! – я расцеловала своего литовца, - Обожаю твою логику. Сколько времени займет подготовка к проведению первой дискотеки?
- Зависит от первоначальных вложений.
- Я хочу по минимуму, и чтобы ты был в доле. Так надежнее.
- Прошло пять лет, а ты все такая же продуманная.
Следующие две недели были busy. Мы мотались по Лондону как два угорелых кота. Гедас поднял старые связи, я наладила новые.
И вот мы сидим в итальянском ресторане: я, Гедас и два главаря литовской группировки в Лондоне – Айдас и Мариус.
Айдас – хрупкий «гламурный подонок», по-русски говорит охотно и почти без акцента. Мариус – его полная противоположность: молчаливый здоровяк со взглядом разомлевшего на жаре бульдога. Тупой и апатичный.
- От нас будет drug dealer – Паша–Вертолет. Помнишь такого? – обращаясь к Гедасу, говорит Айдас.
- Это тот, что всегда в белой шапочке? – уточняет мой партнер.
- Точно. Чтобы в неоне выделялся. Вы его запускаете – мы вас крышуем.
- Я хочу процент с продаж, - неожиданно для окружающих заявляю я.
Почему неожиданно? Да потому что Гедас поперхнулся водой, а Мариус впервые за вечер поднял на меня свои печально-кровожадные глаза. Айдас на секунду задумался и так же неожиданно для окружающих выдал:
- Окей, но не больше десяти.
Почему неожиданно? Да потому что Гедас опять поперхнулся, а Мариус теперь уже по-настоящему уставился на меня и, по-моему, даже осмысленно.
- Договорились. Предлагаю выпить за успех нашего нового предприятия, - я поднимаю бокал с вином, смотрю на своих компаньонов и думаю о Забелине. Это все ради тебя, сука! Ради тебя!
- Проституток будете выводить? – спрашивает Гедас у бандитов.
- У нас девки дорогие. Не для лэйборов, - отвечает Айдас.
- Модельные? – я всегда думаю на шаг вперед.
- Зацени, - Айдас протягивает мне iPHONE, и я отсматриваю несколько фото. Девки и вправду хороши: ногастые, грудастые, с кокаиновыми скулами.
- Мы их запустим позже, когда выйдем на новый уровень, - заключаю я и завершаю встречу.
А чего сидеть? Договоренности достигнуты, стороны довольны, пора по домам. Открытие дискотеки – через три дня.
По дороге Гедас молчит.
- Что с тобой? – спрашиваю я.
- За дочкой скучаю.
- По дочке.
- Не понял.
- Надо говорить: скучаю по дочке.
- Какая разница? – в его голосе слышится раздражение.
- Мне режет слух. Достаточная причина?
- Да. Но я скучаю.
- Поезжай и пообщайся.
- Ты не понимаешь: я привык по вечерам с ней играть, ее целовать. Она такая интересная сейчас. Каждый день я что-то пропускаю, и это меня убивает.
- Возвращайся к семье. Я тебя не держу.
Остаток пути мы проехали, не перекинувшись ни словом. Гедас остановил машину возле моего дома. Я вышла. Он остался на месте.
В квартире было неприятно тихо. Литовца я не любила, но без него одиночество ощущалось острее. И все-таки это не повод для расстройства. Даже если Гедас сейчас отвалится, бизнес не пострадает. Механизм уже запущен.
Я подошла к окну. Машина стояла внизу. Я пошла спать.
Он пришел в четыре утра и лег рядом.
- Я не смог от тебя уехать.
- Ну, и хорошо.
- Я люблю тебя, детка. Я очень тебя люблю.
- Ну, и хорошо.
- Что?
- Я имела в виду: я тоже тебя люблю. Спи.
В день открытия дискотеки мы встали поздно. Долго и с удовольствием занимались сексом, потом так же долго и с удовольствием завтракали клубникой с шампанским и целовались.
Целоваться было приятно, но через какое-то время мне это наостоебенило, и мы поехали еще раз проверить, все ли готово к открытию.
Из персонала первыми подъехали танцовщицы. Все трое – длинные, худые, загорелые, в микроскопических шортах и топиках. Гедас выдал им по таблетке экстази:
- Можете принять перед началом дискотеки. Бабки получите после. Увижу, что бухаете - вышвырну на хуй.
Бармен оказался высоким брюнетом Митей из Новороссийска. У Мити была модная стрижка, обворожительная улыбка, и блядовитый взгляд. С первых же минут знакомства он обрушил на меня водопад сексуальных, но не пошлых шуток, заставив желваки Гедаса ходить ходуном от ревности.
- А жену свою ты тоже ревновал? – спросила я.
- Нет. Она достойна доверия.
- А я, значит, недостойна?
- Ты достойна другого, - ответил он и провел ладонью по моей щеке, - Моей любви.
Да на хер мне нужна твоя любовь, подумала я и, склонив голову ему на грудь, немного постояла. Из вежливости. Или из благодарности. Не суть.
Народ начал подтягиваться не по-московски рано: уже к одиннадцати в зале было человек двести. Я стояла на FC и приветствовала гостей, время от времени поднимаясь на танцпол, где Гедас крутил транс, чтобы people расслабился и пропустил по стаканчику.
К двенадцати у входа собралась большая толпа русских и прибалтов, желающих пройти внутрь. Выставленные лэндлордами латиносы в темных куртках с надписью Security пропускали далеко не каждого. Я же всем улыбалась и разводила руками: дескать, sorry, guys, но решение не мое. Попробуйте в другой раз.
К часу на красном «ягуаре» подъехали Айдас и Мариус. У Айдаса лихорадочно блестели глаза, и он трещал без остановки.
- Иди посмотри, как там наверху, - сказала я, чтобы от него отделаться. Закинутся, блядь, коксом, а потом их прорывает на поговорить.
Я стояла на ступеньках и разглядывала публику. Девчонки были гламурненькими, ребята - с поставленными гелем чубчиками.
С некоторыми из входивших я заговаривала.
- Привет. Я Мальвина. Вам у нас нравится?
- Сууупер! - в один голос отвечают две миниатюрные блондинки в похожих туниках, - Мы Настя и Вика.
- А чем вы занимаетесь в Лондоне?
- Модельным бизнесом.
Я смотрю на их неухоженные руки и понимаю, что девчонки работают официантками в забегаловках и в их обязанности входит мытье посуды.
- Молодцы! Удачи! Веселитесь!
Отхожу в сторону и вижу группу симпатичных литовцев: все рослые, светловолосые, накачанные. Эти слишком молодые (на вид не больше двадцати двух), чтобы хорошо говорить по-русски.
- Hi. I'm Malvina. Do you like it here?
- Fab. Do you know where I саn buy some gashish?
Я показываю взглядом на парня в белой шапочке и с улыбкой говорю:
- See you guys.
- Yeh. Cool. Thanks.
Ребята явно из работяг. Днем на стройке, вечером – в спортзале, по выходным – пиво, легкие наркотики и секс. Наши клиенты.
Кто-то подходит ко мне сзади, обнимает за талию и орет в ухо:
- Здесь реально круто. Ты молодец, Мальвинка. У нас сегодня хороший profit!
Опять Айдас, блядь!
- Я рада. Останешься на after party?
- Да! – отзывается он с готовностью и удаляется в сторону танцпола.
К трем веселье начинает угасать, и Гедас снова врубает транс. В углах жмутся целующиеся парочки. Я дико устала, хочется снять туфли и поехать домой. Но еще не время.
В четыре мы отпускаем go go girls.
В пять закрываемся.
На after party мы собрались в небольшом зале с красными диванами по периметру. У стены - стол с выпивкой и закусками. Приглашенных - человек двадцать: несколько не самых известных, но зато настоящих моделей; Айдас, Мариус и другие литовские бандиты; риэлтор Арсен в сопровождении умопомрачительной блондинки; парочка диджеев, которых мы решили ангажировтаь на следующие дискотеки; ну, и я с Гедасом.
Моей целью был коротышка Арсен. Именно с его помощью покупали или арендовали лондонскую недвижимость сильные мира сего. Улучшив момент, когда он остался один, я подошла к нему:
- Арсен, вам у нас понравилось?
- Неплохо. Очень даже неплохо.
- Приходите к нам еще. Я собираюсь сделать VIP-зону, в которой для вас всегда будет зарезервирован стол.
В яблочко: при слове VIP глазки у парня заблестели и по его лицу распласталась самодовольная улыбка. И это неудивительно: человек, у которого на одной руке надеты золотые часы и массивный золотой браслет, явно поведется на подобную уловку.
- Спасибо, дорогая. Очень рад. Вы прелесть. Если вам потребуются услуги риэлтора, обращайтесь, - ответил он и полез в карман пиджака за визиткой. Как и многие армяне, Арсен любил выглядеть солидно и костюм носил всегда. Даже под утро на after party.
Домой мы поехали, когда на улице уже вовсю светило солнце. Помню, как сказала: «Я не могу больше пить» и, сбрасывая на ходу одежду, завалилась в кровать. Проснулись мы вечером. У Гедаса было больше трехсот сообщений на тему: «Круто вы замутили. Респект».
Unbelivable. It’s fucking unbelievable but it’s true.
Через месяц я была одним из самых обсуждаемых персонажей русского Лондона.
- Ты стала лицом тусовки, - обмолвился как-то Гедас за завтраком и опять ушел в себя. В последнее время такое с ним случалось часто.
- О чем ты думаешь? – спросила я.
- Ни о чем. Просто ем и все.
- Не хочешь – не говори. Поехали в Glass House. Хочу посмотреть помещение.
Мы уже достаточно раскрутились, чтобы подумать о переезде, и Glass House - многоуровневый дискотечный комплекс - оказался идеальным вариантом. Там было больше места и больше возможностей.
Мы сняли весь второй этаж, состоящий из нескольких залов. В одном мы собирались крутить поп, в другом - транс, в третьем – техно или еще что-нибудь, в четвертом была сцена, шест и private rooms. Это территория Айдаса. Там его девки будут танцевать стриптиз и не только. Договорились, что он нам отстегивает двадцать процентов с выручки со стрип-зала плюс делает lisence на продажу спиртного.
Для меня этот переезд был не только шагом по расширению бизнеса, но и возможностью подобраться к сыну Забелина. На наших дискотеках уже мелькали более-менее успешные русские: торговцы недвижимостью, рестораторы, галеристы. В общем, взрослые состоявшиеся дядьки. Но мне нужны были студенты. А студенты должны были подтянуться в Лондон к началу учебного года, т.е. в середине сентября, и встретить их я намеревалась во всеоружии. Дабы детки не заскучали и не убежали.
Glass House принес нам бешеный успех. VIP раскупался влет. Каждую неделю я лично сканировала столы, чтобы не пропустить Забелина-младшего.
И не пропустила!
В первую же субботу после начала занятий в LSE Арсен (недаром я держала для него VIP) привел к нам группу молодежи, по отношению к которой слово «золотая» прозвучало бы оскорбительно. Золото слишком дешево стоит по сравнению с тем, как были упакованы эти детки.
Детки расположились за столом риэлтора и заказали напитки на сумму, равную стоимости недорогого, но приличного автомобиля.
- Кто есть кто в этой тусовке? – спросила я Арсена, когда тот спустился на dance floor.
- Отпрыски политиков и бизнесменов.
- А поконкретнее?
- Блондинка в золотом топе – Лиза Гаймановская, справа от нее – Толик Краммер, высокий брюнет в белой майке – вообще пиздец – Илья Забелин. Рядом с ним – Олег...
Дальше я уже не слушала. Сын Забелина здесь! Больше меня ничто не интересует.
- Познакомь с будущим России, плиз, - попросила я.
- Да не вопрос.
Мы поднялись наверх. Пьяноватые детки встретили нас радушно. Арсена они принялись горячо благодарить за то, что он привел их в «такое клевое место», а, узнав, что я являюсь совладелицей и идейным вдохновителем проекта, пришли в полный восторг и усадили меня за стол.
Умудряясь болтать со всеми вместе и с каждым по отдельности, я разглядывала Забелина-младшего. Он был стильным парнем лет двадцати, очень красивым, но не хищной, в отличие от отца, красотой. Илья вполне мог сойти за звезду какой-нибудь мальчуковой поп-группы, по которому сходят с ума миллионы малолеток. Я заметила, что «сынок» бухает, не мелочась, но глазки у него при этом ясные, без кокаинового блеска.
Наутро после дискотеки я спросила Гедаса:
- Ты едешь в Брайтон?
- Еще не знаю, - вяло ответил тот.
Задолбал кобениться! Хотя... Что мне, собственно, до его настроения? У меня появилось дело, которое я полюбила и которое, помимо морального удовлетворения, еще и приносило доход. Сами посудите: на прошлую дискотеку пришло около трех тысяч человек, в том числе, и Илья Забелин. А раз пришел сын - значит, можно рассчитывать на скорую встречу с отцом.
Я вышла из гостиной собирать сумку. Гедас последовал за мной.
- Уже выезжаешь? Постой! Я с тобой!
- Уволь! Меня достала твоя меланхолия! Я хочу отдохнуть одна.
Он схватил меня за руку и молча потащил к кровати, на которой, спустя минуту, так же молча и упрямо меня трахал. Когда он кончил, я спросила:
- Это все?
- Все.
- Возвращайся к семье, Гедас. Ты ведь из-за этого не в себе?
- Я уже ничего не понимаю. Я запутался.
- В обшем, так: я еду в Брайтон, а ты оставайся здесь и решай, что тебе делать дальше.
В Брайтоне, как всегда среди недели, народу было мало. Я гуляла по берегу, читала и спала. А вернувшись, обнаружила Гедаса совершенно пьяным. Судя по батарее пустых бутылок, он жестко бухал с момента моего отъезда.
Когда он протрезвел (а случилось это только наутро), я спросила:
- В чем причина твоего пьянства?
- В тебе.
- Тогда уходи.
- Я без тебя подохну.
- А без дочери не подохнешь?
- А без дочери я сопьюсь. Это замкнутый круг.
- Если все действительно так, то пойди, блядь, и застрелись. Только не выебывай мне мозг, плиз.
- Сука!
- Слабак!
Он подскочил ко мне и наотмашь ударил по лицу. Я пошатнулась, но не упала.
- Никогда не называй меня слабаком, сука! Никогда! Тебе понятно?
Из губы потекла кровь, а он все орал и орал:
- С кем ты была эти три дня, тварь? С кем ты была?
И только сфокусировав взгляд на моем лице, Гедас перестал орать. Лучше бы орал, потому что следующая сцена была еще омерзительнее. Он сел рядом со мной на диван и, по-собачьи заглядывая в глаза, начал причитать. Непонятно откуда взявшимся высоким голосом.
- Детка, тебе больно, да? Детка, прости. Дай посмотрю, - он метнулся к холодильнику и притащил лед, - Вот. Дай приложу. Я аккуратно. Больно, да? Какой же я идиот! Я готов руки себе отрубить!
- Так отруби, - я отпихнула его и встала.
Зайдя в ванную, я посмотрела в зеркало. Черт! Верхняя губа распухла, но, слава богу, серьезного рассечения нет. Кожа немного треснула и все.
- Говнюк! Послезавтра – дискотека. Куда я с таким фейсом?
- Я что-нибудь придумаю, бэйб.
- Уже придумал. Уебывай.
- Никуда я не уйду!
- Тогда уйду я.
Он схватил меня за руку, но, наткнувшись на мой взгляд, отшатнулся.
- Еще раз ударишь?
- Нет.
- Давай домой. К семье. Иначе совсем оскотинишься.
Он заплакал. Я тоже. Он – от безысходности. Я – от обиды.
- Никогда не думала, что окажусь в ситуации, когда любовник будет бить меня по роже.
- Никогда не думал, что буду настолько слаб, что ударю любимую женщину.
- Хватит соплей. Уезжай, плиз.
Он свалил только под утро. После того, как по молекулам вынес мне мозг. Нытьем, разговорами, предложениями «начать все сначала». Оставшись одна, я еще раз осмотрела губу. Губа выглядела диковато, и в этом, как ни странно, была своя сексуальность. Я умылась и решила, что несмотря на лихой внешний вид дискотеку не пропущу ни за что.
И это была судьба...
Tags:
promo miss_tramell январь 12, 2012 22:39
Buy for 9 000 tokens
Если у вас стоит задача не отработать рекламный бюджет и отделаться, а сделать так, чтобы информация о ваших товарах или услугах принесла результат в виде роста продаж и узнаваемости бренда, вы можете разместить свой рекламный пост у меня в блоге. Мой блог -- один из самых популярных в ЖЖ. По…
Это гены плюс способ воспитания в семье.
Добавлю дополнительно: данный блог, как средство уничтожения чести, достоинства и деловой репутации Забелена - очень успешен :-)
Тоже была идеалистическая полоса в жизни. Перестал употреблять наркотики и алкоголь, на многие вещи стал смотреть по другому.
безвольные как гондоны со спермой - очень четко.
Чем то ты мою бывшую напоминаешь очень и очень сильно.
Очень понравился рассказ.
заебался читать, раскажите, в чем цимес?
Ппц мерзость.... Прочитал всё - и захотелось блевать.
я думаю, безвольным и слабым человека делает другой человек более сильный и волевой.
любовь и сексуальная зависимость не дает возможности избавиться от этого влияния. впрочем, любая зависимость делает человека несвободным.
Вот и я о том... Гедас-то изначально гондоном не был, а был прекрасен... На гондона я бы не повелась....
хорошо пишешь, дорогая, я аж прямо зачиталась
дада...когда вроде как сильные мужики начинают суетицца, истерить, заглядывать в глаза - пиздец, приплыли)
хотя..с девАчками тож самое)
хорошая глава :)

Чего только женщина не сделает, если ей что-то нужно от мужчины. Горы, блять, свернет :)
Дааа. Пишешь просто прекрасно, пестня! :)

кстати, вот про такой конфуз я и говорил, что настоящий мужик не будет извиняться.
Ты говорил, что настоящий мужик не нагадит, а, следовательно, и извиняться ему не за что
Любовь делает человека беззащитным перед тем, кого любит, практически любого человека. А если ещеи гены тряпочные - тогда совсем беда. Со временем это начинает вызывать раздражение.
Не любого. Я любила, но тряпкой не была ни разу. И мужики, которых я любила, тоже.
Хочется продолжения.
Пиши.Плиззз.
сильно.. пока не прочитала до конца не смогла оторваться.
а слабых мужчин я просто оставляла, после того, как они показывали свою слабость. мне с ними становилось неинтересно
Думаю просто Мэл сильнее и нихуя его не любила просто пользовала... Да уж если решил дать пиздюлей (сразу замечу не мой стиль нету спроса с кур даже с таких пафосных) надо было дать так, чтоб потом об этом и писать стремно было. И тогда бы текст мог закончиться так "Он гад, меня так отмудохал, что тошно вспоминать и отвалил, а еще после этого меня братва литовская доли в бизнесе лишила"
В данном случае
В данном случае, похоже, имеет место быть просто несоответствие калибра мальчика калибру девочки, в переносном смысле. Ну и незрелость мальчика, несмотря на.

А вообще, интересно про вас, городских читать... Когда-то мне это было интересно: клубы, бляди, понты. Хех.
красивая сказка, хоть кино снимай ;)
слабость - страх.
каждый человек - тварь безвольная. и так абсолютно все. without exceptions.
Категорически не согласна. От безволия никто не застрахован, но для кого-то это - минутная слабость, а для кого-=то - "состояние души".
прежде чем выставлять оценки за "фантазию", неплохо было бы поинтересоваться имела ли она место быть
Как оказывается просто делается бизнес в лондоне.
1. Найти гламурного диджея.
2. Гламурный диджей благодаря связям, обеспечивает рекламу, крышу, наркодиллеров, проституток, подбирает персонал! ах да и еще музыку играет, в свободное время!
3. Осталось поулыбатся на открытии клуба.
4. Подумать куда потратить баснословные прибыли!
Естесственно после этого человек становится самой обсуждаемой персоной в Лондоне... вот здесь непонятно, кто же увел место человека года в журнале Times?! Наверно Обама нигодяй в тот год призедентом стал!!
Ты забыл про бабло.
Известный диджей - это да, связи.
Не в Лондоне, а в русском Лондоне, что 2 большие разницы.
Не тупи, страшно не люблю.
Про слабого мужика тоже бред... Если женщина рожает мужчине детей, то в первые несколько лет она для него становится самым любимым человеком, не взглянет даже на афродиту.
Хотя думаю Афродите до Мальвины как моему херу до колена.
Если первый пост НА УРА!!!! Второй полная хрень... А если эта женщина решила просто поиметь мужика?
А ты сама его как классифицируешь? Типа Бродяга по образу жизни? Бандит в определенных кругах совсем не ругательное слово... Судя по твоим рассказам он легализацией занимался.
И при отсутствии полной информации можно ток строить предположения...
ну........ он просто кидал страну на бабло..... бизнес у него был такой.... значит, бизнесмен